baxus (baxus) wrote,
baxus
baxus

Размышления туриста из Америки при виде Потрясающих развалин™

…В столичном граде Москва сегодня продолжили заниматься ставшим уже привычным в последние дни делом: сносить чужую собственность, на радость многочисленным в этот выходной день зевакам:



На сей раз под раздачу попал торговый центр, кажется, “Тверской”, с неофициальным названием “Пирамида” — за характерные пирамидальные конструкции:



“Пирамида” была единственным ускользнувшим объектом к сносу в “ночь длинных ковшей”. Её владелец тогда загадочно обронил фразу: “мы сделали ВСЁ для того, чтоб этого (сноса — прим. моё) не произошло!”



Видимо, “сделал всё” в данном случае — тем или иным известным способом добился некоторой отсрочки, притом весьма недолгой, как мы видим. И-таки да, что-то насхематозить успел: во всяком случае, объект сменил собственника перед самым сносом, как пишут СМИ.



А если вы меня спросите, что я об этом думаю, то я отвечу: ничего.

Я давно знаю, что в РФ свидетельство о собственности абсолютно ничего не значит. И если в споре двух равных возможностями хозяйственных субъектов наличие правильно оформленных документов может ещё сыграть какую-то роль, то в споре с властями, с административным ресурсом, мать его ети, — жёлтенькая госзнаковская бумага с голограммами и водными знаками, на которой напечатано всякое свидетельство, стоит дороже, чем оно само.

То, что стали сносить столь крупные объекты даже без решения суда (ой-ой, можно подумать, если б было бы решение, то всё, тогда всё по-честному, ога!) свидетельствует лишь об укорачивании схемы, и вообще — “некогда объяснять, просто — суй в жопу морковку!” (с)

Тут кто-то заикался про Атриум (мол, его бы снести) — да вы не волнуйтесь. Снесут и Атриум. Аппетит приходит во время еды.

Чем более ценен ваш актив, тем более он незащищён. Несколько поколений бизнесменов (да, уже можно говорить о нескольких поколениях) сошли, как снег с аллеи, прямо на моих глазах, — потеряли всё, растворились в нетях, пребывая в святой уверенности, что несмотря на мутное (не сказать — откровенно криминальное) происхождение их первачка*, а то и всей дальнейшей деятельности, — именно с них-то и начнётся дальше всё бело и пушисто, по закону и со всякими там судами, решениями, обжалованиями и прочим торжеством юридического крючкотворства и право, понимаешь, судия.



…И каждый раз не только не начиналось всё по-белому, но и наоборот: скатывалось на новый уровень беспредела. Да-да, на новый уровень: когда в 90-х на кого-то наезжали обычные бандиты, — это был только первый левел, ребята, я это сейчас отлично понимаю. Бандиты — на то и бандиты, чтоб наезжать, отжимать, и так далее. Более того: некоторые не без успеха (иногда, — редко, правда, потому что мусора в те годы были, как те дельфины: те, кому они всё-таки помогли — рассказывали об этом в преданиях поколениям, а те, кого они грохнули или помогли грохнуть тем, от кого должны защищать — уже ничего никому, естественно, не рассказывали) ещё бегали по милициям, чтоб их, честных граждан-кооператоров, защитили от злодеев.

А вот когда у тебя вкусняшку отжимает сам прокурор — вот тут зачешешь репу, ибо понятно, что бежать с заявлением в милицию — даже не смешно.

И бандитам на него не пожалуешься. И даже сам не завалишь, если возомнишь себя шибко крутым — кончится, как с красногорским стрелком.

…И свидетельством о собственности ты его только посмешить можешь, если вдруг сдури махать им будешь перед носом. Ну, собственно, больше тут и говорить не о чем: итак всё понятно.



Наблюдая эту прекрасную реальность и с тревогой глядя на спираль развития событий, люди в основном поступали по-разному: кто-то всё, сколь-нибудь существенное в Мордоре — продал. Это самый модный и правильный путь, проблема только в одном: найти покупателя и взять достойную цену. Иногда о втором вопрос даже не подымается — взять бы хоть какую-нибудь. Вот она, цена усилий в Мордоре: твой раскачанный бизнес готовы подчас купить лишь за бесценок… даже если он прост, как валенок, и рента с него капает практически гарантировано даже при самом распиздяйском управленческо-административном подходе.

Кто-то выстроил неебическую схему, в которую включил даже элементы закабаления себя самим собой (не смейтесь, это не бред: просто от тайно-родственной фирмы подаётся на самого себя какой-нибудь иск, таким образом, чтоб в итоге на часть объекта недвижимости было наложено контролируемое тобой же обременение: это позволяет (позволяло!) защититься от банального рейдерства: с обременением все типичные рейдерские схемы сильно усложняются. Но от экскаваторов Собянина, разумеется, не спасут никакие обременения и залоги) и дышит через раз, в надежде, что ячейки невода не сократятся до такой степени, что станут цеплять его скромный складик-ТЦ-бизнес-центр: хватит на их век выёбистого крупняка…

Кому-то повезёт, конечно, но в целом — я б не надеялся, что не сократятся. Сократятся. Надо будет — будут и людей из квартир вытряхивать, это даже проще, чем сносить “самострой”.

У рабов не может быть собственности. Человек с собственностью — уже не раб. А когда олигарх, владеющий заводами, газетами и пароходами, на полном серьёзе и с придыханием говорит, что готов всё это отдать по первому велению Путина — уже не важно, как он там это заработал, благодаря или вопреки. И неважно, ради чего он это сказал, из каких конъюнктурных соображений — это слова раба. Смирившегося с этой ролью.

А ведь Дерипаска (которому приписывают эти слова) был уже богатейшим человеком, когда Путина ещё никто не знал, включая самого Дерипаску. Т.е. изначально он Путину ничем не обязан, а в дальнейшем — обязан тем, что не отняли и не убили (посадили). Ок, чо.

И если из человека, чьё финансовое положение не вызывает сомнений, так легко можно сделать раба — то чего ж тогда ждать от рядового населения, которое на сегодняшний день подчас вовсе не в фигуральном рабстве пребывает, работая в моногородах на заводах, и выплачивая набранные в тучные годы кредиты? Потеря работы — всё, всему песда, ещё и денег должен. Иди, вешайся, лузерок. Кстати, некоторые историки утверждают, что крепостное право на Руси так и возникло: из не сумевших расплатиться с лендлордом (богатым землевладельцем) крестьян, пачками попадающих к нему в фактическое рабство.

Чем всё это закончится? Читайте в новом номере нашего журнала “Хуй его знает!”. Я не Ванга, чтоб в Предсказамуса играть, да и у Ванги не всегда получалось. А главное: бесполезно. Даже если я б реально в будущее слетал, и увидел бы, что послезавтра сюда комета йобнет, и вот вся планета останется, только климат поменяется чуток, а от Петропавловска-Камчатского до Смоленска — только стеклянная корка из расплавившегося песка — всё равно ж мне никто не поверит. И не побежит никуда.

Во-первых потому, что бежать некуда. Большинству.

А во-вторых — потому, что не поверит. Тем более, что ни в какое будущее я не летал и никаких стеклянных корок локально от Петропавловска-Камчатского до Смоленска не видел.

Плохо, наверное, кончится. Рабы в 21 веке особо не нужны прогрессивному миру. Из них только шахиды да прочие террористы хорошие получаются, но русские и на это дело непригодны, имхо. А так — дорого, долго, хреново. КПД плохой, и вообще, если разобраться — чистый социал же: корми его, пои. Заболеет — лечи, сдохнет — хорони. А то ещё детей пойдёт рожать, или других рабынь брюхатить…

Если говорить серьёзно, то рабовладельческий строй потому и исчез, что он экономически не эффективен: если размышлять в категориях рабовладельческого строя, нужно было бы захватить Китай, угнать оттуда хуилиард населения к себе, на какую-то контролируемую и закрытую наглухо территорию, чтоб они там трудились и дохли, трудились и дохли, собирая, допустим, айфоны.

Попутно ещё собрать на свой афедрон обвинения в геноциде, захватнической войне и отвратительном обращении с мирными жителями. Я вас умоляю, — нафиг все эти дикости, когда можно просто разместить заказ на китайской фабрике, и они будут только рады всё остальное взять на себя?!

Кстати, мне сейчас вспомнилось, был у меня такой опыт: я как-то размещал заказ на производство некоего товара на одной китайской фабрике. Партия была небольшая — пробная. Допустим, весь контракт был на сумму 20 000 долларов.

Таки меня очень порадовало: когда дошло до оплаты, то китайский директор фабрики попросил разделить: 15 000 долларов — на фабрику с фирмы из России, 5 000 долларов (“если можно!”) — с оффшора на счёт лично директора, с другим основанием платежа (как я понял, директор что-то вроде ИП, и может получить эти деньги себе лично под другое налогообложение). Затем, когда это было согласовано, директор пошёл дальше, и предложил 50/50–10 000 на фабрику, 10 000 ему. Нашу выгоду он со знанием дела обосновывал, что мол на таможне вам выгоднее таможить будет, т.к. контрактная стоимость товара ниже.

Аппетит его удалось унять, отказав ему лишь на отметке “7 000 на фабрику, остальное — мне”. Как он при таких рамсах там рассчитывается с работниками, за какие деньги они у него работают и сильно ли их труд отличается от рабского труда неграмотных негров, вывезенных на плантации Техаса прямо со своих родных африканских побережий — мне то неведомо. Но фраза “русский с китайцем — братья навек” приобрела для меня новый смысл после этого экспириенса.


Кстати, именно по схожим причинам уже неоднократно конкретными историческими примерами доказывалась экономическая неэффективность авторитарных режимов. Можно сколько угодно делать бензин по 10 центов за литр, бесплатное образование для всех и медицину тоже. Но работает движ недолго и очень быстро скатывается в говно, переводя в него же и ресурс, причём по причинам хоть и разным — но схожим: рабство и принудиловка всегда результатируются просто со зверской неэффективностью, граничащей порой с контрпродуктивностью, вообще.

В заключение этого моего сумбурного немного монолога, мне хотелось бы ещё обратиться к той многочисленной (к сожалению) группе розовых единорогов, которым весь этот “самострой” сильно оскорблял чувство прекрасного, и “правильно, что сносят, а то грязь и толкучка, смотреть противно”.

Дорогие мои прекраснодушные оленята! По сравнению с архитектурным вкусом известного вам оленевода даже вкус супружницы Лужкова Елены Батуриной нынче покажется просто эталоном красоты и гармонии. А там та ещё… кхм… просто подзабыли щас уже…

И уж точно не для того, чтоб сделать улицы чище, просторнее или удобнее сделан этот снос. Не пройдёт и пары лет, как появится нечто, что, может, будет чуть скромнее в размерах, или выглядеть чуть более футуристично (вариант — кондово), к этому чему-то приклепают лавочку, ящик с деревцем, молодые, но уже далеко зашедшие в деле попилов и пиар-бюджетов мерзавцы, типа Каца и Варламова расскажут вам, что “теперь — ништяк, лучше, чем в Стокгольме и Копенгагене”, Тёма поставит своё клеймо “мегаохуенно. Разработано при участии студии Лебедева”, и именно это будет одобрено, рекомендовано и закуплено за хуилиард юаней московской мэрией. И начнёт ставится и расти, как грибы, в рамках программы поддержки малого и среднего бизнеса. Тем более, что торговля у метро, у проходных мест, так называемый “уличный ритейл” — дело, как не крути, нужное и прибыльное.

И так — до следующего мэра. Придёт новый — снова станет “грязь и антисанитария, и стоит на подземных коммуникациях”. Но к тому времени, возможно, уже будут сносить здание Газпрома (тоже, кстати, торчащее, как некий фаллический символ или неприличный жест, и наверняка оскорбляющее чувство прекрасного многих), вы привыкните к громким сносам и до каких-то там палаток вам дела уже не будет никакого.

Только и всего.

По части сносов и переделов собственности — перспективы отличные, я считаю. По части права и уважения к оной собственности — нулевые.

Думайте сами, решайте сами — иметь, или — не иметь. (с)
Tags: medium, Москва и что с ней стало, скандальное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 118 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →