baxus (baxus) wrote,
baxus
baxus

О воровстве и ворах | Hvatkin.com

Оригинал текста (как всегда) взят отсюда, с моего основного блога Hvatkin.com

Воровать можно разными способами. И я бы даже сказал - стилями.

Я, как человек глубоко безнравственный, честно признаюсь: к воровству, как пороку, я отношусь спокойно. Не буду поджимать губы куриной гузкой, и даже не отвернусь от человека, если узнаю, что он что-то и у кого-то украл (конечно, смотря что и у кого: монетку из шапки слепого нищего, или кредит у государственного банка, но в сущности, это уже детали).

Мой главный принцип - отсутствие каких-либо принципов, и это очень хорошо помогает мне бесстрастно (или почти бесстрастно) наблюдать разные пороки, после описания которых в комментариях пишут (как к рассказу «Три бюджетника на привале») - всё, мол, пиздёж, потому что никто никогда не стал бы при авторе пиздеть о подобном. Либо автор сам такой же.

Ага. Либо автору похуй. Но вы всё равно не поверите, поэтому это тоже не важно.

Итак, следующий ниже текст считайте, пожалуй, художественным произведением. Вымыслом. Творчеством.

…Воровать можно разными стилями. Бывает - почти грабёж, когда ты, не стесняясь никого, отламываешь куски, не забывая шлёпать по рукам подельников, чтоб не замали, и шлёпать по губам желающих разораться о беспределе, свидетелем которого они стали. Такое воровство - самое распространённое нынче среди власть имущих в России.

Но для этого нужна власть, и побольше.

Можно просто тихонечко регулярно отщипывать себе. Так воровал один мой знакомый кассир в обменнике: где-то по 100-300 долларов в месяц. Всё время обнаруживались мелкие недостачи, но поскольку были они мелки - никто не заморачивался, как-то списывали, или брали на себя. А кассир за счёт других труженников обменника и мало-мало - владельцев, имел приятную прибавку к зарплате. Поймали бы - покаялся б и вернул. Нет - ништяк.

Бывает, годами люди сидят на ништяках, а сами - как святой Франциск. Ничего себе. Ни копейки. И вдруг - раз! И хапнул, круто, много. И - свалил. Оказалось - заранее всё подготовил долго ждал, съебался. Даже не пытался скрыть, что это он.

Ну, тут уж, конечно, как повезёт. Ежели таким образом какую-нить полугосударственную шарашкину контору нахлобучил, да ещё и на кеш, неучтённый нигде - может и прокатить, конечно. Но чаще всё-таки не прокатывает, как не готовься: у нахлобученных таким образом тоже крышу сносит в плане мести, и они уже из принципа, а не ради денег, начинают иногда по всему свету такого гонять… В общем, жизнь не долгая, но пиздатая и полная приключений.

Есть ещё один, возможно - самый распространённый способ воровства среди простых людей - это когда ты вдруг находишь, э-э, маленькую кучку золотых монет, заботливо разложенных по стопочкам. Ясно, что монеты кто-то разложил, и, вероятно, этот кто-то - и есть их хозяин. Но иных указаний на сей счёт не имеется, в данный момент столбики золотых выглядят бесхозными, и вы, прямо как герой Вицина в советской комедии, тихонечко наступаете на червонец (монетки) ногой. Вы их ещё не украли: пока что вы только позаботились, чтоб их не стало видно другим. Ну а потом - «тихо спиздил и ушёл - называется «нашёл», ага. Якобы случайно найденное подгребается мягкой лапкой к себе поближе, ну и потихонечку становится своим, до боли родным, и даже как будто бы честно заработанным (т.к. в процессе подгребания и ограждения тревог разных вы пережили не мало!)

Примерно так воровали и в том банке, где мне довелось трудиться.

…У Управления был так называемый транзитный счёт. На этот счёт стекались все приходы и расходы, произведенные клиентами банка, подведомственными данному управлению. Бухгалтера приходили утром на работу, надевали нарукавники, доставали, гремя, счёты, (запускали компьютеры с тёплой ламповой виндой 3.11), и - их задача была: разнести транзитник в соответствии с поступавшими к ним документами.

Как не старались бухгалтера, а только всё равно на транзитном счёте управления всегда оставалась какая-то сумма невыясненных.

И была она, блядь, огромна. На моей памяти она составляла под сотню миллионов рублей в ценах пост-деноминационного (но до-дефолтного)1998 года.

Это получалось не по вине бухгалтеров: документы не поступали, недопоступали, или проёбывались где-то в пути. Например, если проёбывались документы на приход на счёт, но исправно приходили на списание - то сумма невыясненных немного уменьшалась, а если наоборот - увеличивалась.

Это была епитимья в бухгалтерии. Если кто-то где-то косячил - его сажали «крыжить» транзитный счёт. Вывести его в ноль не удалось бы даже Аристотелю, поэтому важен был не результат, а процесс. Наказанный изображал бурную деятельность, носился по этажам банка, по отделениям, управлениям и департаментам в поисках документов, до тех пор, пока руководство не отходило. КПД этой кипучей деятельности стремилось к нулю.

Мы даже на субботники выходили, помню. Крыжить этот несчастный счёт.

Всё без толку.

Как-то, уже хорошо разобравшись в местном бардаке, я в конце своего рабочего дня задумчиво глядел на девятизначную сумму невыясненных, и вдруг меня осенила мысль… Сначала это было просто такое шутливое хулиганство: я вдруг понял, что мне ничто не мешает смахнуть бабок. С этих невыясненных. В свой карман. Я отчётливо понял, как, и ещё более отчётливо осознал, что это можно сделать абсолютно безнаказанно.

Если не борзеть.

Сотни миллионов никуда не надо переводить: все транзакции более 500 000 рублей, да ещё и осуществленные физиками - контролировались отдельно. Но если меньше… а что, 50 000 уже не деньги для офисного клерка? Ещё какие. А если систематически? А если много раз по 50 000?

…Свой первый вывод я делал по-лоховски, всего боясь. Однако сделал, и друг, которого я привлёк в качестве получателя бабок «в тёмную», благополучно всё снял, разорив провинциальную сберкассу на кеш.

Проканало.

Постепенно я стал умнее. Пригляделся. И понял главное…

…Воровали все, кто сидел на транзитном счету. А и сидели все.

И хотя никто никому ничего не говорил - это читалась во взгляде. В отношениях. По косвенным признакам. Флюидами и пассами.

…Через полтора месяца после первого вывода моя наставница (которая изначально обучала меня тонкостям работы - но ни слова про воровство, разумеется) - подошла ко мне со словами: «Мы тут на подарок Марии Асултаевне собираем…» - «А что, у неё день рожденья?» - изумился я, т.к. знал, что у нашей начальницы, Марии Асултаевны, день рожденья был три месяца назад. Наставница закосила глаза в сторону (некоторым людям очень тяжело даётся воровство и нечестность), и пробубнила: «Типа того… С тебя - пятнадцать тысяч!» - «Ого!» - неудержался я, который ещё не врубился: обычно на дни рожденья коллег мы скидывались по принципу «кому сколько не жалко», и редко сумма превышала 1000 рублей… Я даже повернулся к наставнице, и, наконец, посмотрел ей в глаза более внимательно.

В глазах я всё и прочитал. Буркнул: «Понял. Завтра принесу…»

Можно сказать, что с этого момента я окончательно влился в коллектив.

Примечательно: каждый организовывал выводы сам. Никто ни с кем никогда не советовался. Все делали вид, что этого нет. Каждый работал за себя и на себя. Но все всё знали. Причём в таких деталях, которые невозможно было подчерпнуть, даже хакнув наши «счёты» - копьютерную программу, базу, в которой всё делалось.

А начальница не имела доступа к транзитному счёту. Т.е., конечно, имела, но проводки-то не била, и документы ей не приносили. Не царское это дело. Поэтому раз в месяц мы собирали ей на «день рожденье», ага.

И хотя мы таким образом не удваивали - удесятеряли себе зарплату, тем не менее, все очень любили поговорить о том, какая же у нас, к хуям, низкая оплата труда, как много нас заставляют работать, и как мало нам за это платят, а? Гады, кровососы, пидарасы хуевы…

Едва один начинал: йолки-палки, жена опять хочет на НГ в Прагу, а где блин денег взять? Не слыхали, премия будет? - и тут же все начинали стонать: йопто, да не говори, не сыпь соль на клитор, какая премия, хоть бы законного не отобрали, а тринадцатую в прошлом году на майские только дали, и так далее и тому подобное.

Я не мог этого понять, мне по юности моей хотелось встать и сказать: эта, вы чего тут все, йобу дались? Я за этот месяц себе перевёл восемь своих зарплат, и семь - в прошлом. Какая тринадцатая, на кой она вам?! Как рядовой сотрудник я получал 15 тысяч (полтора миллиона до деноминации), отгонял себе ещё семь или восемь раз по пятнадцать: не всякий топ манагер в том банке имел такой доход (хотя мне сложно сказать, как далеко шла цепочка вот этих наших воздаяний начальству…)

Но я, конечно, не встал и ничего не сказал, а вместе со всеми посетовал на тяготы и лишения службы и жизни.

Точку в этом поставил дефолт 1998 года. Я тогда уже в банке не работал - как-то начал с тревогой ощущать окончательную деформацию личности, которой мне не хотелось.

…Когда стало ясно, что банку - карачун, бухгалтерия стала напоминать отряд мародёров, которым отдали город на разграбление на три дня. Такого и в кино не увидишь. Все остальные отделы и клиентские службы сходили с ума от неопределённости собственного будущего и необходимости в скором времени искать работу, и только бухгалтерия стучала по клавишам компьютеров с такими озабоченными лицами, словно отбивали шифровки из тыла врага…

…Мне позвонила моя наставница (напомню, я уже в банке не работал).

«Не могу глядеть на это. Сердце кровью обливается. Дербанят, как пираньи: никогда ещё «невыясненные» не сокращались так стремительно. Давай замутим вывод, а? Я одна боюсь…» - наставница моя была женщиной сложной и своеобразной: образ у Ильфа и Петрова «голубого воришки» стал мне близок и понятен после знакомства с ней: она воровала - и боялась. Каждый день, каждый час. И стыдилась этого. И снова воровала. И так каждый раз, сплошной раздрай. После каждого вывода она обещала себе: больше - никогда! Но потом снова нужны были деньги, да и вообще…

Да говно вопрос! Вылили с ней почти 250 000, что, конечно, при курсе доллара за 20 рублей уже были не те деньги, но всё же, всё же…

Все с тревогой ждали «похоронную команду» - ликвидационную комиссию, которая должна будет фактически ликвидировать банк до одного скромного филиала.

Тревога заключалась в одном: будут копать, или не будут.

Дело в том, что в принципе, мы все были неуловимы. Ну реально схема выводов (не буду щас вдаваться в подробности, да и не помню всех) была устроена так, что поймать за руку бухгалтера, делающего проводку (или сделавшего её ранее) было невозможно. Всё было в полном соответствии с должностными инструкциями, а откуда к тебе поступил подложный (на самом деле, тоже вполне настоящий, просто сфабрикованный тобою) документ с приказом о переводе - выяснить не представлялось возможным в тамошней системе документооборота: с выгодой использовались все недостатки (чисто технические) работы самой системы.

Но было одно но, которого все боялись. Служба безопасности банка, если бы вдруг получила сигнал, могла бы подойти к решению проблемы и неформальным, так сказать, способом. Вне правового поля.

А проще говоря - в жопе у подозреваемого паяльником повертеть. Или просто посадить в машину и в лес вывезти, где устроить шоу какое-нито. Могилку там себе выкопать, или (было такое популярно одно время) «Пионерский костёр»: разводят большой костёр в лесу, человека раздевают догола, обливают бензином, и подталкивают к пламени. Ме-е-едленно, но уверенно. Если загорится - даже лучше. У одного из подталкивающих незаметно наготове тулуп, или плащ-палатка развёрнутая, но увлечённая собственной казнью жертва этого, конечно, не видит. Полыхнёт жертва, как свечка, её тут же этой хренью затушат, но страх и ожоги - на всю жизнь. Тут уж, как миленький, любой, даже самый стойкий, говорить начинает…

А уж хлипкие офисные клерки, жизни не нюхавшие… А если один чистуху в стиле «я делал это» настрочит, то с остальными всё ясно - все делали! И всё, шандец, братцы, лавочка закрылась, автозаки увозят последних сотрудников, картина маслом… Дальше все только будут наперегонки друг на друга доносы писать, и просить учесть их чистосердечное раскаяние.

Однако ликвидационная комиссия - это, слава Богу, не СБ. Маститые аудиторы с маститыми финансистами и правоведами-профессорами посмотрели на всю эту помойку… подумали наверняка: а хуле тут копаться? Орден, чтоль, дадут? Нет… Вместо того, чтоб быстренько ликвидировать просравший полимеры банк и получить законный гонорар - увязнем в чужом говне надолго.

Человеческий фактор победил (как всегда), в чём лично я не сомневался на наших посиделках тогдашних с моими симпатичными подельницами.

Решили всё похерить, банк исчез, и, думаю, сейчас даже и архивы давно уже уничтожены. Как электронные, так и бумажные. А из тех баз ЦБ, что, может быть, хранятся - не поймёшь уже ничего, и ничего не накрутишь.

Вот такая вот, понимаешь, сугубо художественная и исключительно выдуманная история. Без морали, нравственности, и каких либо принципов.



Я в Твиттер:

Tags: творчество, художественное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →