baxus (baxus) wrote,
baxus
baxus

Зона поражения

DSC03544 - Version 3

Для того, чтобы выехать из Москвы де-факто, необходимо отъехать от МКАД минимум километров на сто, а лучше больше. Только там начинает ослабевать поражающий фактор московии: лица становится проще, и - что важнее! - приветливее. Темп снижается, движения людей становятся плавными и неспешными.

В Москве люди стараются друг друга не замечать. Здесь огромное количество народу, но даже пешком все перемещаются так, словно на машинах: каждый в отдельной капсуле, обособлен ото всех, ничего не видит, не слышит. Толпа не равнодушна - она просто слепа и глуха. Вас могут насиловать, резать, убивать или грабить - прохожий скользнёт взглядом и ускорит шаг. Не потому, что он плохой. Он видя вас - вас не видит. Привык так. Всё видеть здесь - в самом деле глаза сломаешь и мозг взорвёшь.

А на сто первом километре и далее - не так: там такое забытое уже нами, когда ты заходишь куда-нибудь, скажем, в присутствие - а тебе радуются. Потому что - новый человек зашёл. Понимаете, ТАМ ещё радуются новым людям. ЗДЕСЬ - раздражённо вздыхают: понаедут тут...



Untitled

...Старенькая простенькая церковь, устремилась в синюю высь железным куполом, а дверь из грубых серых досок, словно кусок забора на петли повесили. Закрыта на хворостину: батюшки нет, ушёл куда-то.

Внутри явно пытаются восстановить, реставрировать фрески, настенную роспись. А так иконы бумажные. И то: приход малочисленный и небогатый. Выйдя из пустого, но такого обитаемого Храма, сталкиваемся с батюшкой: идёт с лопатой на плече, улыбается, глаза васильковые. Хорошие такие глаза. Издалека рассказывает, словно добрым знакомым, куда идёт:

- Дорогу-то совсем размыло, надо подсыпать. Вы-то на своих джипах проехали, а автолавка - не проедет, небось. А сёдни много народу-то ждёт её. Дождь если пойдёт - совсем беда будет.

Это верно: не знавшую асфальта дорогу в эту деревню в трёх местах пересекали рвы от потоков талой воды со взгорья. Мы проехали, хотя в одном месте даже нам на паркетниках было стрёмно, а пузотёрке даже и пытаться не стоит. Но батюшка подсыпет земли, и проедут все. В том числе и автолавка...

Так выглядит дорога после ремонта, произведённого силами батюшки и селян. Справа - засыпанная и утрамбованная для проезда часть, в центре же снимка - то, что было. Таких расщелин на дороге по весне бывает особенно много:
Untitled

...которую ждёт на стуле у магазина один местный пейзанин. Мы подходим к «магазину», как гордо именуют мои провожатые это строение. Когда-то это была... автобусная остановка. Автобус давно перестал ходить в село, маршрут закрыли, а чересчур капитальное для автобусной остановки строение превратили в магазин, достроив стену и проделав дверь и внутренние перегородки. Вот и вышел магазин:

Магазин

На двери - ручной работы красивая табличка, вся в орнаменте из сказочных птиц и каких-то ветвей: «Продовольственный магазин. Часы работы - с 9 до 19 часов. Без перерыва, без выходных» - выведено нечеловечески красивым букворисовальным почерком. Кому-то явно было делать нехера.

Несмотря на написанное и тот факт, что сегодня суббота, время десять утра - магазин закрыт, а селянин на стуле медитирует на табличку, не сводя с неё глаз. Увидав нашу процессию - привстал, сам из себя пижонистый: брючки-клёш по моде 70-х годов прошлого века, такая же рубашечка с отложным здоровенным воротником небесно-голубого цвета и несвежего вида. Пиджак чёрный, в белую полоску - ишь, эстет, следит за трендами, понимаешь. Сам небрит, в глазах - древнерусская похмельная тоска. Плохо бедолаге. Совсем плохо. Поправиться бы. Спросил меня, как будто знаем друг друга с детства:

- Не слыхал, Катька сегодня приедет? Автолавка, вроде, обещалась быть... - я пожал плечами: - Батюшка дорогу подсыпать пошёл. Будет, наверное... - он полностью удовлетворился этим ответом, шумно сел на скрипучий стул, уставился на табличку. Затих.

Катька - продавщица этого магазина. Возможно, его совладелица - не знаю. Каждое утро её привозят, вечером увозят. Иногда сама уезжает. Иногда - не уезжает: у неё есть существенный для немолодой женщины недостаток - она пьёт. Пьёт запоем. Месяц-три живёт, как человек, потом по какому-нить поводу выпивает, и - панеслась. Однажды (местные проводники рассказали этот случай мне) вот как было: на Крещение загуляла она. Напилась прямо в магазине, да и задрыхла в подсобке. А людям-то надо покупать всякое, праздник же. Ну, потоптался народ перед прилавком, продавщица в невменозе. Ну и начали брать, что кому надо. А денежку - в коробку класть. Кому сдачи там не набиралось, или ещё чего - терпеливо ждали, когда кто-нить придёт, с денежкой соответствующей, чтоб, значит, сдачу ту взять.

...Так когда она наконец проспалась и свела кассу, выяснилось, что не только никто ничего не украл у неё, но ещё и рублей двести, чтоль, в плюсе осталось: видимо, кто-то всё-таки сдачи не дождался, «округлил»...

Вот тоже - загадка русской души. Прямо скажем, население деревни в святые записывать не стоит: если где-то что-то плохо лежит - спиздят запросто: у меня на участке стоял «Запорожец» (достался вместе с участком), а в нём - всякое барахло было напихано. Так этот «Запорожец» (участок ещё без забора был) несколько раз прошерстили (я замечал) на предмет стырить чего-нить ценное. А тут, видишь, ни консервы, ни бутылки не спёрли. Хотя могли. Поди ж ты, славяне...

Кругом лес, хороший такой: смешанный, местами переходящий в чистый сосняк. Красновато-оранжевые стройные сосны словно радуются, подставляя бока первому в этом году теплу.

Деревня делится на старую, и - новую, части. Старая лепится на вершине взгорья, к церкви. Ощущение, будто дома старались ставить как можно ближе, прямо лепятся друг к дружке, как щенята в ящике. И все вместе - к церкви тянутся. Дома часть - совсем лядащие, но есть и новоперестрой, хоромы. Кирпичных, каменных почти нет: все дерево предпочитают.

Новая часть вольготно раскинулась: здесь и участки приусадебные гораздо больше, и дома по-интересней, и расстояния между домами да участками - совсем другие.

- А не боятся люди тут жить? Особенно зимой? Народу-то, смотрю, и в дачный сезон не особо много, а уж зимой-то, поди, вообще не души? - мои проводники смеются:

- Тут не озоруют. Если и полезут - то только в гарантировано пустой дом. У нас же охотничий край, тут почти все - охотники. Особенно кто круглый год живёт, постоянно. В домах оружия полно, кто ж полезет-то? Не, у нас не озоруют. По пальцам можно пересчитать преступления-то такие. Так, мелкое воровство, пока хозяин не видит или уехал - это да, бывает, а чтоб безобразие какое - не-е... - судя по тону собеседника, он вообще мелкое воровство за преступление не расценивает и не очень понимает, зачем нужны соответствующие статьи в УК...

Вечером того же дня словно в подтверждение его слов увидел целую группу людей с ружьями и трофеями, выходящих из леса.

...А ведь и рыбалка тут ещё потрясающая. Йех.

* * *

- А давайте мы сейчас проедем с вами, и я покажу вам забор, который мы тут недавно одному ставили. Уверен, вам тоже такой захочется!

- Давайте.

- Давайте на моей, чего вам вашу, чистенькую такую, по этой грязище гробить?

- Хорошо.

...Отъехав примерно километр по просёлку - садимся по-полной! Выясняется, что у этой Хёндай Санта Фе даже привод - только передний, ё-маё. Тоже мне, джип. Зато непонятно к чему - спереди прикреплена лебёдка, один вид которой сразу порождает уверенность во вседорожных качествах авто.

Вернулся пешком по говну к своей. Подъехал. Зацепил тросом. Своим, из сумочки, которую в автосалоне бесплатно положили в багажник, с «набором автолюбителя».

...Бесплатно хорошо не бывает: трос порвался по-моему даже не натянувшись толком.

Взяли его трос. Этот чуть дольше продержался, но тоже каркнул и поник. Санта Фе - ни с места.

Смеркалось. Будний день, вечер. Ни души, удлиняющаяся тень от леса, и комары размером с кулак ребёнка.

- А-а! - говорит горе-джиппер: - Нафиг, у меня лебёдка есть. Ща вон за тот столб зацеплюсь, и похеру - вылезет.

...Размотали трос на лебёдке - не хватает каких-то полутора метров до столба, если не меньше. Ладно: сплели из остатков двух тросов косу, этой косой охватили столб, и уже получившуюся петлю принайтовали к тросу лебёдки. Столб бетонный, вроде, ровно всё, должен сдюжить.

В-ж-ж-ж-ж-з-з-з-з-р-р-р-р-Р-Р-Р - зарычал мотор лебёдки всё натужнее, тросовая связка натянулась, как струна, угрожающе загудела, но и машина обнадёживающе приподнялась, успели подсунуть одну доску даже, и вдруг... БЕТОННЫЙ СТОЛБ С ТРЕСКОМ НАЧИНАЕТ КРЕНИТЬСЯ НА МАШИНУ!

- Йоперный бабай, отключай, чего смотришь! Ща у тебя две машины будет вместо одной! - если такая ебалда бетонная на Санта Фе хряпнется - всё, авто под списание. А аккурат ведь на крышу пошло...

Слава Богу, с остановкой лебёдки остановилось и падение столба. Но и наши надежды на лёгкое вызволение из говноплена тоже исчезли.

Съездили за лопатами. В ближайший дом, в старой части деревни. Нормально, никого не удивил и не напугал поздний визит совершенно незнакомых людей (точнее, я совсем незнакомый, а строитель мой - ну, примелькался уже в деревне, его немного знают). Бывает. Застряли.

Откапываемся. Домкрат, доски. Щебень. Доски валялись на чьём-то размеченном участке тут же рядом, конечно, не просто так. Но ты, хозяин, не держи на нас зла: мы немного совсем попользовали, дай Бог тебе здоровья и детишек умных и красивых.

Потихоньку стали подходить люди. Интересно же. Советы посыпались. Кто-то и сам впрягся, не побрезговал запачкаться: «Что ж ты туда-то, в самое говно, домкрат ложишь, чудо?! Ты его на подошву ставь, вона, на доску, или хотя бы подсыпь... а-а!» - и сам побежал, показывать, как надо.

Вывесили. Убедились, что хотя бы одно ведущее колесо вырвано из говен и стоит на каком-то подобии твёрдой поверхности. А тут ещё и трос подтянули селяне: «Десятитонник! Я им Хаммеры вытаскивал на раз-два!» - угу...

Зацепил. Дёрнул. Пошла, родимая!! Ух, слава тебе, Господи!

Смешно: «десятитонник» заявленный порвался аж в двух местах (на соединении с крючьями, с обеих сторон), - но, слава Богу, это произошло тогда, когда уже Санта Фе могла ехать своим ходом... Хозяин троса ничуть не сконфузился и даже не расстроился совсем: «усталость капрона!» - многозначительно изрёк он, и сам заржал.

...И все засмеялись.

Уставшие, перепачканные, но дико довольные (при этом так и не увидевшие образец забора, за которым ехали) - мыли сапоги в придорожной канаве, руки, куртки, и прочее. Все, в том числе и селяне шли весёлые, радостно переговариваясь, словно правда всем миром отвели тяжёлую беду или по-крайней мере - проблему...

* * *

...В Москву ехать от этих людей совсем не хотелось.

Исходная авторская публикация.



Я в Твиттер: Follow @real_baxus
Tags: Переславль, Россия, дом, общество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments